Калинов Мост
Калинов Мост

Кирилл и Мефодий
Кирилл и Мефодий




 И.Ф. Быкадоров

Исторические типы и вооружение  казаков

Афипские казаки





Народная картина Казак Мамай

Казак Мамай

Старинная, народная картина - Казак Мамай. Раньше такие картины можно было видеть в хатах казаков черноморцев. Переселившись с Украины они привезли с собой и частицу украинской культуры, воплотившейся в старинном образе.

«По берегам Днепра Словутича, по стародавним казацким да селянским хатам — на кленовых и дубовых полотнищах дверей, на коврах, на кафельных печах, на кувшинах, на тарелках, на кованых скрынях, на масляными красками писанных картинах, даже' на липовых колодах ульев частенько можно было видеть; самые различные образы Мамая, тысячи перемен его поличья, все с новыми частностями похождений, с новыми и новыми подписями, вольно толкующими деяния и нрав героя, тысячи сюжетов, возносивших в народе славу Казака».

«Казак-Мамай, что на протяжении столетий, от всяких ворогов отбиваясь, лелеял давнюю мечту: не воевать, не насильничать, не ярмить никого, а у себя дома сеять хлеб, класть камень, строить, — Казак Мамай — бродяга-запорожец, воин и гультяй, шутник и философ, бандурист и певец, бабник и вместе — монах, простодушный и мудрый колдун, бесстрашный лукавец, — в него и в ступе пестом не попадешь»…

Сохранились ли на Кубани в кубанской культуре еще такие символы, которые бы выражали живой дух казака. То, что свойственно самой природе кубанца. Конечно, сегодня после стольких бурь и невзгод, обрушившихся на плечи наших славных предков, ни о каких артефактах оставшихся от предыдущих поколений не может идти речи. Сегодня Казака Мамая в кубанских хатах уже не встретишь. Осталось только устное народное творчество, песни, баллады.

Издавна ходили по черноморским станицам слепые кобзари. Они хранили казачий эпос, заветы старины, представления о человеческом идеале, хранили поэзию казачества. Сегодня их уже нет. Осталась только песня, написанная под картиной. Вот её Кубанский вариант:

Хочь дывыся на мэнэ, та 6а нэ вгадаешь —
Видки ль я родом и як зовуть.
Нычычырк нэ скажешь, видкиль я родом
И як зовуть, нычычырк нэ скажешь.
Колысь трапылось в стыпах буваты
И с товарищом встречатысь.
Той, можэть, мое имя и прозвище угадаты.
А у мэнэ имя нэ одно, а есть их до ката,
Так зовуть, як налучуть на якого свата:
Жыд за ридного батька почетае,
Лях мылостлывым добродием называе.
А ты як хочь назовы, на всэ позволяемо,
Абы лышь нэ крамаром — за це то полаю.
Тэпэр, бачь, на свити бида,
Що од мэнэ рид оцурався,
А я с горя в пырчовый кужух убрався.
Ны быйсь, як був богат, то тоди казалы: Иван-брат.
Як рожывусь грошый, тай загуляю.
То тоди дочерта роду
И всяк хоче знать, як мэнэ звать.
Хиба скажуть с Крыму родом, видкиль мий дид плодом.
Мынэ толькэ ляхва угадала, як коня вороного дарувала.
Глянь на гэрб знамэнытый, що на дуби высэ.
Правда, як кинь стэпный воли,
Так и той казак нэ биз доли,
Куды хочэ, туды й скаче, нихто за казаком нэ плачэ.
Гей, гей, як я молод був, що то була за сыла,
Було борюче ляхив и рука нэ млила,
А тыпер и вошь одолила.
Та ще журы стало, що горилкэ нэ стало.
Гей, бандура моя золотая,
Колы б до тэбэ жинка молодая,
Ты б скакала и плясала до лыха,
Ны одын бы чумак оцурався солы и миха...



 

 

 

 

 

© Сковпень С.А, 28.02.2010

 

Адрес:skov_sa@mail.ru

 
  Рейтинг@Mail.ru